11793220_946841265378540_887427393_n
11793220_946841265378540_887427393_n

Фото: Инна Ковальчук

Бизнесмен Евгений Чичваркин: Будет в Киеве следующий гей-парад – я приеду

Известный бизнесмен Евгений Чичваркин, основатель российской «Евросети» и владелец винного магазина Hedonism Wines в Лондоне, рассказал Киев24 о том, какой бизнес имеет перспективы в нашей столице, зачем новой полиции нужно как можно быстрее поднять зарплату и почему ему самому, несмотря на крайнее неприятие «совка», не нравится украинский закон о декоммунизации.

Что больше всего любите в Киеве?

Киев прекрасен! Я люблю закат. Знаете,  настоящей петербурженке нужны дополнительные 5 минут с утра посмотреть на крыши города (фраза из недавней статьи на сайте cosmo.ru – прим. ред.). Если бы я был киевлянином, я бы точно жил на крыше, как Карлсон, и любовался бы закатами. Если ничего другого в жизни не радует, в этом есть какая-то надежда.  

А любимое место? Печерск, Крещатик, Майдан?

Мне очень нравится район за Софией, он очень тихий. Он подходит для прогулок. У меня в основном весь день – то интервью, то встречи, а вечером там можно пройтись. И Андреевский спуск, конечно, очень нравится.

Как думаете, нужно ли Киеву оставлять старый город или все же застроить центр и сделать такой себе бизнес-район?

Я думаю, нужно внимательно посмотреть, что было снесено в 30-е годы. И если на этом месте построили уродство, не историческое «арт-деко» или здание в стиле конструктивизма, не что-то интересное, то постараться, все, что снесли, восстановить.

В Киеве высотные бизнес-центры находятся в центре города.

Да, и это не здорово. По моему мнению, нужно определить какое-то место для высотного строительства. Недалеко, с быстрыми магистралями и метро, и там делать «сити». Это я говорю о постреформенной Украине, когда спрос на бизнес-центры будет, я без преувеличения скажу, в 50 раз больше. Исторический город трогать нельзя, это просто аморально – строить там что-то большое. Но в близкой, практически шаговой доступности, где не придется ничего сносить, нужно строить любого размера, самые сумасшедшие здания, которые вообще человечество может построить. Если «сити» видно из исторической части города, оно в 5 минутах езды и 15 минутах ходьбы, это нормально. Но если это все вперемешку, как в Шанхае, это, наверно, не здорово.

Как считаете, какой бизнес в Киеве перспективный, а какой в ближайшее время отомрет?

Я надеюсь, что в ближайшее время отомрет все, что связано с взятками, коррупцией. Если у руководства страны хватит политической воли разгромить эту коррупционную мафию, здесь перспективными станут ровно все виды бизнеса. Вообще все!

Сейчас в Киеве есть такой бизнес, как, например, автокофейни, ларечки…

Да, и это прекрасно.

Вы считаете, что это нормальный вид бизнеса?

Абсолютно. В что-то более перспективное вкладываться нельзя. А это все - короткие деньги. А что людям еще делать? Они должны же выживать. Давайте возьмем ельцинский закон о свободе торговли. Это то, что позволило моей стране избежать тогда голода и серьезнейших социально-экономических потрясений. И исходить из того, что сейчас надо дать людям возможность заработать, недорого поесть. И все эти ларечки, которые есть… Понятно, через какое-то время оно просто станет более симпатичным. А пока грех это регулировать, сейчас надо дать людям заработать. Поить людей дешевой кавой – это нормально.

Вы писали, что мы должны требовать реформ. Вы за этим следили, у нас была революция…

Какие были общеэкономические требования на Майдане? Либерализация найма?  Либерализация экспорта и импорта? Не было этих требований на Майдане. Ни у кого нет вкуса и чувства, как эти реформы действуют. Ничего никогда не реформировалось. Это просто не пришло людям в голову. У нас, россиян, есть ностальгия по нормальным реформам. Мы все помним, как это повлияло, сколько это потом принесло возможностей, карьеры, богатства, в конце концов. Здесь этого никогда не было. У нас была приватизация – гайдаровские реформы, ранний Ельцин, поздний Ельцин. Ранний Путин, кстати, надо отдать ему должное, с Кудриным и Грефом… 5 лет потребовалось, пока они уговорили Путина снизить налог на зарплаты. Именно это позволило людям получать кредиты потом, квартиры покупать. Это подстегнуло строительство и торговлю, потребление. У людей появились обязательства выплачивать эти деньги. Это очень здорово стимулирует этот процесс созидания.

Как вы считаете, какой должна быть помощь от государства бизнесу?

Государство должно убрать руки из бизнеса. Не помогать, не мешать. Единственная помощь – они должны не мешать.

Как считаете, должен ли город помогать бизнесу? В Киеве, например, под некоторые виды деятельности город сдает в аренду помещения за 1 гривну в год.

У города не должно быть помещений, у государства не должно быть помещений. У государства должна быть полиция, армия, независимые суды и образовательные учреждения. Помещения должны быть в частных руках.

У нас в Киеве помещения школ из коммунальной собственности отдают в аренду за одну гривну. Как считаете, нормально ли это?

В нормальном экономическом цикле у людей будет достаточно денег, чтобы отправлять детей в частные школы, и чтобы в оплату входила и амортизация школьного здания. То, о чем вы говорите, - это вынужденные меры в бедной из-за страшенной коррупции стране. А по большому счету, этих вынужденных мер не должно быть. Доходы у людей должны быть в 7-10 раз быть выше.

Как вы относитесь к меценатству? Должен ли бизнес помогать городу?

Не городу, а людям. Конечно! Давайте вспомним золотое время сахарозаводчиков. Должны быть богатые люди с абсолютно легальными доходами, которые открыто смогут показывать свои декларации и доходах.  Как только это произойдет, театры, кинотеатры, галереи, национальное кино, университеты, школы – все будет. И это не семибанкирщина должна быть, когда олигархи растаскивают страну на куски, они, как временщики, понимают, что сегодня-завтра им кранты. А люди, которые хотят, чтобы их дети, и внуки и правнуки здесь жили.

Как думаете, будет ли в Киеве развиваться меценатство?

Это точно произойдет. Пласт богатых людей должен быть большой, и в этой стране для этого есть все. И даже воля людей. Только у высшего руководства не хватает ни сил, ни воли выжечь коррупцию.  Знаете, в Китае маленьким девочкам надевали маленькие сапожки, и они всю жизнь семенили на уродских ножках, 8 сантиметров. Это очень больно и очень уродливо выглядит. И коррупционный спрут в Украине то же самое сделал со страной. Это страна, которая может шагать семимильными шагами, это люди, у которых уровень интеллекта, у которых уровень образования, у которых желание работать огромное! И этот коррупционный спрут просто сковал движение, и из красоты, которая может быть, создал ненормальную уродскую среду. Грубо говоря, сделать эту же кофейню ты не можешь, не нарушив закон. Просто не можешь. Какого черта! Все живут, понимая, что закон – это ничего не значит, что закон придуман, чтобы потом приходить и давать взятки.

Как думаете, тут нужна именно политическая воля?

Да. Народ хочет. Но должна быть политическая воля.

Как думаете, будущее бизнеса у нас – за большими сетями или за мелкими мануфактурами?

Маленький бизнес – потому что страшно делать большой. Но в нормальной стране будущее – и за тем, и за этим. Каждый должен быть «на своем этаже» развиваться.

А вы как бизнесмен, как относитесь к мануфактурам?

Каждый волен делать все, что он хочет. Но это должно быть не от безысходности, а по индивидуальному решению предпринимателя, – делать маленькую, большую или среднюю компанию, это должно зависеть от воли и таланта бизнесмена.

А вы любите предметы – одежду, обувь – ручной работы?

Да. Есть маленькие компании, которые делают обувь. Мне подарили сапоги. И чуть не расплакался, когда там сломалась молния. Мне тут ее починили за дикие совершенно деньги. Да, в маленьких, ручной работы, вещах, есть своя прелесть. А в больших сетях - экономия. Должно быть все, и это не нужно регулировать, это все невидимая рука рынка отрегулирует сама.

А назовите самых успешных киевских бизнесменов. Вы же с ними общаетесь?

Понятное, Дима Борисов, который всех кормит, владельцы Good Wine, которые всех поят (смеется).

А Гарик Корогодский?

Кажется, «Евросеть» у него арендовала что-то. Но лично его не знаю, но он симпатичная фигура.

А с нашим мэром знакомы?

Нет, лично не знаком. Мы были на одном протестном митинге, но пообщаться не получилось. У Украины очень симпатичный президент. Я желаю ему воли выполнить свои предвыборные обещания.

А вы следите за политической жизнью именно Киева?

А есть какая-то бурная политическая жизнь? Мне кажется, мэр пытается вот эти старые советские вещи каким-то образом привести в порядок. Но огромное количество критики в его адрес.

А у вас есть мнение по поводу его политики?

Я понимаю, что в бюджете дыра, в частности, и из-за той ситуации, в которой оказалась Украина и Киев. У него не так много инструментария. Но если делать индивидуально – оттуда убрать рекламу, отсюда убрать рекламу – это глупости. А если будет большой закон о рекламе на исторических зданиях… Я, например, против рекламы на исторических зданиях. Должен быть виден фасад, его красота. Это важно для туристов. Я за то, чтобы была и реклама, но основные художественно-архитектурные элементы должны быть видны. Для туризма сделано мало, общественный транспорт нужно развивать. Тут просто непочатый край работы. У меня впечатление, что у него (Виталия Кличко – прим.ред.) нет ни команды, ни инструментария. Но я думаю, что личные намерения у него честные.

У нас сейчас принят закон о декоммунизации. В городе принято отдельное решение -  хотят убирать коммунистическую символику со зданий, с мостов, станций метро.

Я думаю, что символику нужно собрать в одном месте.

Думаете, стоит убирать с домов, станций метро звезды, серпы и молоты?

Памятники Ленину точно нужно сносить. А если исторически на здании уже есть серп и молот, звезды, есть здания, сталинский ампир и изобилие, их надо охранять. Я против «совка», но я за то, чтобы была историческая память. Этот период надо помнить, на эти звезды нужно смотреть и изучать свою историю. Я считаю, что этот закон – от слабости властей. Боятся, что путинские пацаны будут раскачивать лодку. Коммунистическая партия должна существовать, и социалистическая, и националистическая. В нормальном обществе они должны существовать. Национализм должен быть осуждаем обществом, социализм, то есть, желание ограбить богатых, должно быть осуждаемо общественно – в нормальном здоровом обществе. Политический процесс предполагает все виды партий. Не может быть партии, которая принуждает к самоубийству, вовлечению несовершеннолетних в что-то порочное, как некоторые мормонские общины, например, навязывание полигамии. Все что является добровольным, не противоречит правам человека, должно существовать. Запрещать нацистскую или коммунистическую идеологию – это только создавать вокруг нее ауру.

К примеру, я понимаю, почему Саакашвили запретил концерт Тимати. Но на мой взгляд, артисту очень полезно видеть как новая полиция сдерживает толпу людей, которые его ненавидят. Это терапевтически очень правильно видеть. Когда Валерия видела в Лондоне украинцев… И чтобы перед тем, как открыть рот, ты еще тысячу раз подумал, не обидишь ли ты сорокамиллионную нацию, говоря что-то популистическое. Нужно было сделать этот концерт, отправить всю милицию, чтобы охранять этот концерт, дать ему выступить, но чтобы он обязательно  видел негодующую толпу, которая его ненавидит.

Видимо, нынешняя политическая ситуация  в стране повлияла на решение Саакашвили.

Политический процесс предполагает, что выступать могут капиталистически настроенные, проукраински настроенные, проамерикански настроенные, прокрымски настроенные и антикрымски настроенные, и протатарски настроенные артисты, но если они настроены так и позволяют себе резкие высказывания, они должны понимать, что они должны быть ответственны за произнесенные слова. И не запрет концерта, а тысячи глаз, которые тебя ненавидят. Мне кажется, это очень важно. Думаю, Саакашвили выбрал политический сэйв-вариант.

Как думаете, в Киеве есть такие ненавидящие люди?

Конечно. Устроили же акцию против гей-парада. Будет следующий гей-парад – я приеду, потому что у людей есть право быть другими. Если евроценности и Евромайдан, у людей есть абсолютное право быть другими. Есть же люди с трезубцем, которые выступают за запрет русского языка. Это их страна, они не хотят, чтобы тут был русский язык. На мой взгляд, это феерическая глупость. Если Украине запретить русский язык, это то же самое, что на китайскую девочку в этих маленьких туфельках, надеть еще кандалы. Эти узкомыслящие люди этого хотят. Знание русского языка очень обогащает человек духовно. Украинский – базовый, но знание русского, английского очень обогащает духовную жизнь человека. То, что хотят люди с трезубцем – это жить в конуре. И они имеют право протестовать там, где они не мешают проезду машин.

Что думаете о нашей новой полиции?

То, что произошла реформа полиции – это очень здорово. И им нужно немедленно начинать индексировать зарплату, чтобы они не сорвались в коррупцию. Нужно, чтобы они понимали, что конкурс – 3 человека на место, и чтобы они держались за свою должность. Хоть на 50 гривен в месяц зарплату надо двигать вверх. Хоть на 30. И прописать, чтобы через полтора-два года они еще что-то получили. Чтобы они не сорвались в то, во что остальные силовые структуры их подталкивают. Потому что все остальные еще коррумпированные.

Что думаете про бойкот российских товаров?

Феерическая глупость. Нужно думать о людях, о потребителях, о каждом человеке. У него должен быть выбор. Если ему противно покупать российские товары, пусть не покупает. У каждого украинца в магазине должен быть как можно больший выбор, и не должно быть никакой таможенной и прочей идиотской коррупционной составляющей. И полный открытый импорт, не должно быть никаких границ. В Украину нужно въезжать из Европы, не снижая скорость.

Чему бы вы хотели научить обычных людей? Реформы на высшем политическом уровне – это понятно. А что же должны делать обычные люди по вашему мнению?

Если будет запрос от обычных людей, им (властям – прим.ред) не отвертеться.

Вы призываете к большей политической активности?

Представьте, к примеру, во Франции Олланд говорит: Нам очень не нравится Германия, мы поругались с Меркель (гипотетически), и мы запрещаем ввоз немецких товаров. Понятно, какие-то товары из-за этого становятся дороже. Вечером будет миллион человек на улице. Любое безответственное решение, любая попытка залезь парижанину в карман – и власти к вечеру получат миллион разгневанных людей на улице. Это нормальный процесс.

Нужно просто взять одну область, либерализировать – и показать, что будет. Например, сферу найма. Сократить в 2,5 раза налоговую нагрузку на фонд оплаты труда и заставить всех платить. Сделать маленький налог и заставить всех его платить. И когда сюда придет огромное количество банков, когда тут выстроятся очереди за кредитами, когда будет бум строительства, бум торговли – люди не идиоты, они поймут.

Думаете, у нас еще возможен бум строительства?

Обязательно.

А в Киеве еще есть место?

Вы были в Гонконге?

Нет.

Даже в Гонконге есть место.

Как думаете, когда это может произойти в Киеве?

Это может произойти в этом октябре, если у руководства страны будет политическая воля.

В смысле, с выборами?

Да. Почему нет.

Как считаете, Кличко останется у власти?

Я не очень хорошо знаю про него и его мэрство. Я вижу дырки на дорогах столицы, и понимаю, что с этим бюджетом и со старой командой, и с нереформированной страной, сделать что-то в городе, даже в столице, крайне тяжело, если не реформировано базовое законодательство. Если коррупционеры сидят в самом высшем эшелоне, то на одном конкретном месте ты не так много можешь сделать.

А вы были бы согласны переехать в Киев и вести тут свой бизнес?

После реформ – да.

А возглавить, например, рабочую группу по реформам?

Украинское общество готово дать мне такие полномочия? Кто я такой для них? У меня здесь был не то, чтобы успешный бизнес. Да, меня приглашают выступать, люди с удовольствием приходят. Быть разменной монетой в игре олигархов – нет, а если нормальные полномочия, в чем я очень сомневаюсь, то понятно, что это крайне интересно.

А вы бы согласились на пост губернатора?

Во-первых, никто не предлагает. И – с этими налогами невозможно организовать нормальную международную торговлю. Возьмем, например, аэропорт «Борисполь»: если включить все налоги, которые должны быть, вся контрабанда пойдет через другие порты, и здесь будет пустота. Что может сделать губернатор? Или ему нужно расширять полномочия… Невозможно лечить руку или ногу, если в крови рак. Нужно лечить первоисточник проблемы, коррупции.

Где он у нас?

Вся старая коррупционная машина. Из-за коррупции страна не зарабатывает и должна постыдно просить милостыню, на коленях просить деньги в Европе, и Европа не дает изменить законы, чтобы разбогатеть. По сути, Евросоюз не позволит на данный момент снижать налоги. А именно снижение налогов немедленно приведет к инвестиционному буму.

Замкнутый круг какой-то.

Да. У меня на мастер-классе последняя часть называется «Прыжок веры», это когда нужно этот гордиев узел разрубить.

То есть, устроить в стране лихие 90-е?

Почему лихие?

Ну, в плане бизнеса.

Они лихие, потому что при экономической либерализации не было реформ правоохранительных органов. И были менты и бандиты. А экономически 90-е – да, при нормальной реформе правоохранительных структур, полиции. Это будет процветающее общество. Вот заменили же полицейских – нормальные, адекватные, вежливые люди. Я же говорю, тут ни о кого не было такого опыта.

А в каких странах был?

В Грузии. Все четко и понятно – снесли, выжгли коррупцию с одного раза. Здесь с одного раза не получится – это будет война. Нужно, чтобы включаешь телевизор, а там: этого арестовали, этого арестовали, и этого тоже арестовали. Потому что эти  - это и есть тот маленький сапожок, которые делает уродской экономику.

Как думаете, в Украине хватить политической воли убрать коррупцию?

Не знаю.

--

Залина Крюкова, Инна Ковальчук